Неточные совпадения
Солнце уже спряталось в черной туче, отдыхавшей на гребне
западных гор; в ущелье стало темно и сыро.
Чижа захлопнула злодейка-западня: // Бедняжка в ней и рвался, и метался, // А Голубь молодой над ним же издевался. // «Не стыдно ль», говорит: «средь бела дня // Попался! // Не провели бы так меня: // За это я ручаюсь смело». // Ан смотришь, тут же сам запутался в силок. // И дело! // Вперёд чужой беде не смейся, Голубок.
Сильный
западный ветер поднимал столбами пыль с дорог и полей, гнул макушки высоких лип и берез сада и далеко относил падавшие желтые листья.
Вспоминал затеянный им постыдный процесс с братом Сергеем Иванычем за то, что тот будто бы не выплатил ему долю из материнского имения; и последнее дело, когда он уехал служить в
Западный край, и там попал под суд за побои, нанесенные старшине….
— «
Западный буржуа беднее русского интеллигента нравственными идеями, но зато его идеи во многом превышают его эмоциональный строй, а главное — он живет сравнительно цельной духовной жизнью». Ну, это уже какая-то поповщинка! «Свойства русского национального духа указуют на то, что мы призваны творить в области религиозной философии». Вот те раз! Это уже — слепота. Должно быть, Бердяев придумал.
«Это она говорит потому, что все более заметными становятся люди, ограниченные идеологией русского или
западного социализма, — размышлял он, не открывая глаз. — Ограниченные люди — понятнее. Она видит, что к моим словам прислушиваются уже не так внимательно, вот в чем дело».
«Осаки», — отвечали они, второй Ясико (на
западном берегу Нифона), третий Миако, четвертый…
Между фермерами, чиновниками и другими лицами колонии слышатся фамилии Руже, Лесюер и т. п.; всматриваешься в них, ожидая встретить что-нибудь напоминающее французов, и видишь чистейшего голландца. Есть еще и доселе в
западной стороне целое местечко, населенное потомками этих эмигрантов и известное под названием French Hoek или Hook.
Мы как будто попали в
западню, хотя нам ничего не угрожало.
Ванкувер описывал
западные берега Америки, Броутон ходил у азиатского материка.
Третьего дня, однако ж, говоря о городах, они, не знаю как, опять проговорились, что Ясико, или Ессико, лежащий на
западном берегу острова Нифона, один из самых богатых городов в Японии, что находящийся против него островок Садо изобилует неистощимыми минеральными богатствами. Адмирал хочет теперь же, дорогой, заглянуть туда.
Мы тогда напрасно искали на восточном берегу пристани: нет ее там; зато теперь тотчас отыскали на юго-западном.
Конец, что ли? нет, опять коридор направо, точно
западня для волков, еще налево — и мы очутились в маленьком садике перед домиком, огороженным еще третьим, бамбуковым, и последним забором.
Для любопытных сообщаются здесь названия всех этих провинций или округов, заимствованные из капских официальных источников. Кап, Мельмсбери (Melmsbery), Стелленбош, Паарль, Устер (Worcester), Свеллендам, Каледон, Кленвильям, Джордж и Бофорт составляют
западную часть, а Альбани, порт Бофорт, Грааф-Рейнет, Соммерсет, Кольсберг, Кредок, Уитенхаг (Uitenhage), порт Елизабет, Альберт и, наконец, Виктория — восточную.
С
западной его стороны отвалился большой камень с кучей маленьких; между ними хлещет бурун; еще подальше от Паппенберга есть такая же куча, которую исхлестали, округлили и избороздили волны, образовав живописную группу, как будто великанов, в разных положениях, с детьми.
В колонии, а именно в
западной части, на приморских берегах, производится большое количество вина почти от всех сортов французских лоз, от которых удержались даже и названия.
Но 3-го числа, в 8 часов утра, дед донес начальству, что мы уже в южном полушарии: в пять часов фрегат пересек экватор в 18°
западной долготы.
Близость к Капштату поддержала в
западных фермерах до сих пор эту утонченность нравов, о которой не имеют понятия восточные, скотопромышленные хозяева.
Следуя этому основательному указанию, наш адмирал велел держать ближе к Африке, и потому мы почти не выходили из 14 и 15°
западной долготы.
Начиная с апреля суда приходят сюда; и те, которые стоят в Столовой бухте, на зиму переходят сюда же, чтобы укрыться от сильных юго-западных ветров.
Теперь мы видим, что Нагасаки просто
западня, в которую заманивают иностранцев, чтоб водить и обманывать.
Мы скучно и беспечно жили до 15-го декабря, как вдруг получены были с почтой известия о близком разрыве с
западными державами.
«Да где мы теперь?» — спрашивали опять. «В Божием мире!» — «Знаем; да где?» — «380˚ сев‹ерной› широты и 12˚
западной долготы».
Фирандо — местечко, где прежде торговали португальцы и испанцы; оно лежит
западнее Нагасаки.
Западный человек творит ценности, созидает цвет культуры, у него есть самодовлеющая любовь к ценностям; русский человек ищет спасения, творчество ценностей для него всегда немного подозрительно.
Свою русскую органическую целостность мы противополагаем
западной механической раздробленности.
Именно
западный человек — романтик и страстный мечтатель.
Чужд русскому народу империализм в
западном и буржуазном смысле слова, но он покорно отдавал свои силы на создание империализма, в котором сердце его не было заинтересовано.
Западная наука,
западный разум приобретали характер каких-то божеств, неведомых критическому Западу.
В русской стихии поистине есть какое-то национальное бескорыстие, жертвенность, неведомая
западным народам.
Классы и сословия слабо были развиты и не играли той роли, какую играли в истории
западных стран.
Вот что должно в корне измениться после нынешней великой войны, которая являет собой совершенно небывалое историческое соприкосновение и сплетение восточного и
западного человечества.
Славянофильство прежде всего утверждало своеобразный тип русской культуры на почве восточного православия и противопоставляло его
западному типу культуры и католичеству.
Самые правые русские славянофилы и самые левые русские народники (к ним за редкими исключениями нужно причислить по душевному складу и русских социал-демократов, непохожих на своих
западных товарищей) одинаково восстают против «отвлеченной мысли» и требуют мысли нравственной и спасающей, имеющей существенное практическое применение к жизни.
Ангельская святость и зверская низость — вот вечные колебания русского народа, неведомые более средним
западным народам.
Западная Европа и
западная культура станет для России имманентной; Россия станет окончательно Европой, и именно тогда она будет духовно самобытной и духовно независимой.
То, что совершалось в недрах русского духа, перестанет уже быть провинциальным, отдельным и замкнутым, станет мировым и общечеловеческим, не восточным только, но и
западным.
В ней есть какой-то особый, совсем не
западный демократизм на религиозной почве, жажда спасения всем народом.
В таком направлении русской мысли была та правда, что для русского сознания основная тема — тема о Востоке и Западе, о том, является ли
западная культура единственной и универсальной и не может ли быть другого и более высокого типа культуры?
Но пробил час, когда она приняла эту более передовую
западную цивилизацию.
Даже Толстой и Достоевский привлекают
западного культурного человека, как экзотическая пища, непривычно для него острая.
Говорят даже о восточном и
западном фронте.
Западный человек не идолопоклонствует перед своими культурными ценностями, — он их творит.
Центр тяжести
Западной Европы, по всей вероятности, передвинется еще более на Запад, в Америку, могущество которой очень возрастет после окончания войны.
Война мира славянского и мира германского не есть только столкновение вооруженных сил на полях битвы; она глубже, это — духовная война, борьба за господство разного духа в мире, столкновение и переплетение восточного и
западного христианского мира.
Россия должна явить тип востоко-западной культуры, преодолеть односторонность западноевропейской культуры с ее позитивизмом и материализмом, самодовольство ее ограниченных горизонтов.
Мы должны почувствовать и в
Западной Европе ту же вселенскую святыню, которой и мы сами были духовно живы, и искать единения с ней.
Можно даже высказать такой парадокс: славянофилы, взгляды которых, кстати сказать, я в большей части не разделяю, были первыми русскими европейцами, так как они пытались мыслить по-европейски, самостоятельно, а не подражать
западной мысли, как подражают дети.
Для
западного культурного человечества Россия все еще остается совершенно трансцендентной, каким-то чуждым Востоком, то притягивающим своей тайной, то отталкивающим своим варварством.
Россия, столь своеобразная, столь необычайного духа страна, постоянно находилась в сервилистическом отношении к
Западной Европе.